9 вещей, которые я бы сделал, если бы знал, что сегодня умру

У Ника был гепатит D — относительно редкая форма гепатита, которая всегда смертельна и быстра. «Нет смысла принимать лекарства» — сказал он мне — «Они в любом случае все экспериментальные, а у меня нет страховки. В любом случае моя печень откажет и через несколько недель я умру». В свои 30 он отлично выглядел и всегда казался мне здоровым. Он светился ужасной тайной, которую он должен был хранить.

Обычно мы встречались в «Steinway Billiards», что в Astoria и весь вечер играли в нарды. Он научил меня трем способам, какими играют в Греции. Один из способов такой же, каким в нарды играем мы в США. Другой был старым добрым способом, где вы могли приземляться на нарды оппонента, чтобы блокировать его движение. И третий был просто гонкой без блокирования. Вам надо попробовать сыграть всеми способами.

Не будучи греком, я проигрывал почти каждый раз. Мы начинали вечером, выпивали по очень крепкому кофе и играли примерно до 2 или 3 часов ночи, пока не уставали. Затем мы гуляли по улицам, наблюдая за детьми, которые выходят из клубов на Steinway Avenue. Мне всегда было интересно, что происходит в этих клубах. У всех внутри случался секс? Очереди туда всегда такие длинные и такое ощущение, что они вообще не двигаются. Должен был быть какой-то стимул, чтобы попасть в эти клубы.

У ника не было девушки. «Вот в чем дело» — говорил он — «Я не хочу, чтобы она эмоционально вовлекалась и чувствовала себя обязанной ухаживать за мной в мои последние недели».

Правда была в том, что я завидовал Нику. Он был так близок к решению вопросов, с которыми я никогда раньше не сталкивался. Почему ему дали такой дар, к которому я мог прикоснуться только опосредованно через него. У меня впереди была целая жизнь, о которой надо было волноваться. Ему нужно было только подождать. Смотреть на закат и по-настоящему ценить его. Потому что он точно знал, сколько еще закатов он сможет наблюдать. По-настоящему наслаждаться игрой в нарды. Чувствовать удовольствие от ходьбы по оживленным улицам, наблюдая за тем, как люди носятся вокруг своей мечты, пока он прижат своей судьбой к стене.

Я хотел обладать таким же секретом. Я бы носил его инкогнито. Девушки на кассе в кафе понятия бы не имели, какой секрет я храню в тайне от них. Возможно, осталась одна неделя. Может быть пара дней. Даже сегодня мы в курсе, что всё равно умрем. Но без понятия когда именно. Что бы я делал?

— Совершенно определенно я не стал бы перезванивать людям, с которыми не хочу разговаривать. С этим покончено. Также я не ходил бы на встречи с теми, с кем не хочу встречаться. И так далее. Я бы не делал ничего, чего не хотел бы делать.

— Иногда мои дети пытаются рассказать мне историю и трудно сосредоточиться на их словах. Они ходят туда-сюда, история наполовину в их голове, а наполовину извергается из них. Трудно предоставить им внимание. Мой папа однажды сказал мне: «Я не могу понять ничего из того, что ты говоришь». В этот момент я пытался рассказать ему о сюжете «Звездных войн». Но в том состоянии я постарался бы собрать все кусочки головоломок, которые создают дети. И разобрался бы с каждой из них.

— Я бы не серфил интернет. Я и так слишком много уже знаю о Ким Кардашьян.

— Когда я представляю себе, что сегодня умру, то я весь день глубоко дышу. Обратите внимание на то, как вы дышите. Большую часть времени у нас очень короткие вдохи. Если бы я знал, что сегодня тот самый «день», то делал бы больше глубоких вдохов. Хотя я понятия не имею, почему это кажется мне важным.

— Я ходил бы с пустыми карманами весь день. Прямо сейчас у меня в карманах много вещей. Когда я меняю штаны, то просто перемещаю всю эту мелочь из одних карманов в другие. Прямо сейчас я вытащил из левого кармана свою визитную карточку. На ней только китайские иероглифы. Почему это у меня в кармане изо дня в день? Сколько месяцев я носил это? Понятия не имею. В день своей смерти я хочу быть с пустыми карманами.

— Я думаю, что был бы добр к людям. Не думаю, что выяснял бы отношения с теми, кто меня обидел в прошлом. Большинство этих людей и так знают, как я к ним отношусь. В чем состоял бы смысл моих аргументов? Восприятие ошибок. Боль, которую мы чувствовали. Это всё не имело бы уже никакого значения. Я бы просто хотел убедиться, что сделал хорошее большому количеству людей перед тем как уйти. И что эти люди будут вспоминать меня и мой последний акт доброты. «Он мне нравился. И он вот-вот умрет. И вот что он для меня сделал». Это будет память навсегда, так как каждый человек в голове носит мысленный снимок последнего момента, когда кого-то видел в последний раз.

— Вероятно, я хотел бы написать электронные письма всем, с кем хотел бы попрощаться. Но я не сказал бы «до свидания». Это слишком грустно. Вместо этого я написал бы людям список всех причин, по которым они мне нравились. Было бы несколько неловко, но почему это должно было бы меня заботить?

— Я бы хотел быть чистым в тот день и быть доволен тем, как я выгляжу.

— Я бы потратил как можно большую часть дня со своей женой. Я эгоистично хотел бы, чтобы она чувствовала грусть после того, как я умер. Поэтому я хотел бы оставить ей как можно больше хороших воспоминаний.

Время от времени я пытаюсь сказать себе: «Живи этот день так, будто он последний». Не перезванивай ненужным людям и не ходи на ненужные встречи. Не сиди в интернете. Перестань беспокоиться обо всех бытовых проблемах. Отправляй письма всем, кто тебе нравится, перечисляя их положительные качества. Или хотя бы некоторые из них. Цени этот единственный уникальный момент.

Каждый день я могу делать всё из приведенного выше списка. Это хорошая мысль. Но на практике это трудно сделать.

Когда я стал зарабатывать больше денег, то переехал из Astoria. Мне всегда плохо давались прощания, поэтому я просто собрал вещи и ушел, не говоря ни с кем из тех, с кем дружил там восемь месяцев. До сих пор я больше никогда не появлялся там. Несколько лет спустя я столкнулся с Ником на улицах Манхэттена. Мы немного побеседовали. Он выглядел примерно так же. Мне стыдно признаться, но я был разочарован тем, что он еще не умер. Как будто он солгал мне. Возможно, он думал то же самое обо мне тоже.

(с) Джеймс Альтушер, 2011

Перевел Василий Смирнов